Єдність у розмаїтті

«ЯНУКОВИЧ, СУКА, СГОРИ НЕ В АДУ. СГОРИ СЕЙЧАС»

Усі ці дні Фейсбук переживав всі події, що відбувалися на Майдані та навколо нього. Це лише мізерна частина почуттів тих, хто висловлювався у мережі.

Обращение к патриотам Украины!

Команда Национальной федерации смешанных единоборств Грузии свое 3-е место на финальном турнире кубка мира посвящает всем украинцам Евромайдана!

Мы с вами, мы победим!

Мои родные украинцы не сдавайтесь сегодня вы боретесь и за нашу свободу!

Не дайте лукавому сломать вас, вы последний рубеж обороны!

Слава Украине! Грузия с вами!

Мамука Мамулашвили, президент федерации

На мой взгляд, раскол на Украине действительно имеет место. Однако это не раскол между ее «украиноязычной» и «русскоязычной» частями. Это раскол между старым и новым, между правдой и кривдой. Между думающим большинством и обывательским, конформистским меньшинством. Между теми, кто готов принять вызовы свободы и обновления, и теми, кто предпочитает тешить себя ностальгическими иллюзиями «большой культурной общности» − в просторечии именуемой емким словом «совок»…

Не знаю, наверное я выдаю желаемое за действительное. Но я полагаю, такие редкие моменты в человеческой истории все же случаются. Они называются Революция. Я помню, как в августе 1991 года я стоял на баррикадах в Москве, и с радостью, с изумлением убедился, насколько так называемый «народ», «толпа», «быдло» может быть сознательным, ответственным, солидарным. Это же чувство восторга и гордости за египтян, за людей, за свет человечества я испытал три года назад, смотря документальный фильм «Тахрир». И двукратно, трехкратно я испытал его, глядя в интернете − к стыду своему, только глядя со стороны! − как ночью 10 декабря тысячи людей, взявшись за руки, поскальзываясь на обледенелом асфальте, на пятнадцатиградусном морозе, отбивали атаки спецназа. Я не хочу никого обидеть. Но я думаю, ни один флаг в мире не взметен сейчас так высоко, как наш, жовто-блакитный. И нигде в мире люди не поют сейчас с таким мужеством и надеждой национальный гимн, как поем его мы. На украинском языке.

Остался защищать это кодло − значит ты их подельник и дешевый холуй. Но тогда не обижайся. В нашей стране, среди честных, работящих и добрых людей тебе места не будет. Народ побеждал фюрера и пострашнее. Этот боится даже яйца. Держится он только на тебе. Хочешь испачкаться в нашей крови, помогать им мучить и запугивать людей, дать бандюкам еще месяц пограбить страну, успеть набрать кредитов и долгов? Эта власть будет длиться ровно столько, сколько вы будете ее защищать. Они не нужны больше никому − весь мир их презирает, весь украинский народ их ненавидит. Твоя мать их ненавидит. Поговори с товарищами и уйдите в один день. Даже, если часть вас уйдет. вся их гнилая пирамида рухнет сразу. Уйдешь сегодня ,и сегодня начнется новая жизнь. Не будет над нами царей и паханов.

Сами решим как жить, и работать будем на свою семью, а не межигорскую.

Пора этот кошмар заканчивать. Возвращайся к нам и давай жить нормально. Вместе не пропадем. Украина будет всегда и народ ее будет жить свободно. Не стреляй в нас, брат. Мы просто хотим жить как люди.

Юрий Лейдерман, художник

Смотрю на то, что происходит в центре СТОЛИЦЫ ЕВРОПЕЙСКОГО ГОСУДАРСТВА И НЕ ВЕРЮ СВОИМ ГЛАЗАМ. Взрывы и стрельба, горят бронетранспортеры, гибнут люди... В Фэйсбуке мнения полярно разделились: одни – слава Богу, наконец-то их разгонят, ура! Другие – Боже, спаси Украину! А теперь главное: разве можно было обойтись без этого? Неужто кто-то думал всерьез, что можно больше 20 лет безостановочно грабить свою страну, разваливать производство, набивать мошну и перебрасывать миллиарды в заграничные банки – и люди станут молча терпеть это дальше?! Пусть скажут, плуты, спасибо, что это не произошло 15 лет назад, и им еще тогда не пришлось смываться подальше! Давайте проснемся от этого сна, он нам и так слишком дорого обошелся. Запад и Восток, действительно, очень разные. Но в одном они абсолютно одинаковы: и те, и другие ограблены правящей верхушкой и ее прихвостнями. Вот на этой, пусть и чахлой, почве можно и нужно находить общий язык. Конечно, Киеву сегодня достается. Но пусть не обижаются киевляне − за жизнь в столице иногда приходится платить. Не беда, лишь бы не расплачиваться! Вспомните Майдан-2004 и его девиз: БАНДИТОВ НА НАРЫ! Вот что теперь должно быть главным требованием, коль не смогли это отстоять тогда. Переговоры с беспринципной прогнившей властью – бессмысленны и аморальны. Тем, кто залез в твой карман, веры нет. Самая большая трагедия нашего времени даже не в этих ужасных событиях, а в том, что значительную часть населения Украины текущее положение устраивает, они приспособились к нему и готовы так жить и дальше. То есть, во имя собственного благополучия согласны не замечать, как страдают другие люди. Вот это равнодушие и может привести от нынешнего жесткого противостояния к полномасштабной гражданской войне. Что делать? Перед тем, как принять чью-то сторону, спросить у своего сердца, с кем вы: с форменными жуликами, или с теми, кто хочет перемен? И не проклинайте мыслящих по- другому: оставьте за ними право быть обманутыми. Разве за эти годы мерзавцы мало обманывали вас?

Виталий Бронштейн

Жоден диктатор, проливши кров, не уникнув покарання. Україна не буде винятком. Вони відповідатимуть за кров кожного патріота. Я закликаю співгромадян всюди створювати осередки опору. Я пишаюся вами, дорогі співвітчизники. Я пишаюся, що я українець!

Мустафа Джемілєв

Держитесь!

Патриоты независимого Казакстана на стороне патриотов независимой Украины!

Мы желаем украинскому народу свободы, мира и процветания!

Поддержим украинский народ. Делитесь, если согласны.

Казакская орда

Сьогодні Україна як ніколи близько стоїть до громадянської війни. І як ніколи близько стоїть до перемоги країни над бандюками. Люди втомилися від цього. Не мають сил дивитися на це беззаконня, яке збагачує одних і робить бідними інших. Та зараз їх ніхто не примушує туди йти. Це значно сильніше, ніж зброя і гумові кулі. За це доведеться відповідати. Переходьте до тих, хто захищає людей, а не б’є їх.

Вячеслав Брюховецький

Уважаемый мир! Спасибо за то, что ты опять «осуждаешь насильственные действия властей в Киеве». Спасибо, что твои комиссары ЕС и твои министры иностранных дел «выражают обеспокоенность», столь помогающую нам сейчас. Спасибо, что твои специальные представители, премьер-министры и президенты обещают «отреагировать в случае нереагирования» наших властей. Это очень важная и своевременная помощь. Она сейчас страшно нам помогает. Еще чуть-чуть – и начнут оживать наши погибшие, и начнут исцелятся наши раненные...

Мир, тебе по фиг. Прости, что верили в тебя.

Zoya Kazanzhy

Когда дурак заявляет, что он пойдет «до конца», он не представляет себе, насколько близок его собственный «конец».

Andrei Kurkov

Ніколи не забуду, як вели міліціонерів через натовп по Інститутській, як з вікон палаючих профспілок хлопці спускалися по зв’язаних шторах, як лежали на голій землі втомлені бійці самооброни і як жіночки вкривали їх своїми шубами. Вогонь і воду. Обличчя лікарів і лики святих у Михайлівському (іноді не відрізниш).

Tanya Manziuk

Я ничего не боюсь,

– потому что там бабушки между 80-ю и смертью собирают тяжелые булыжники;

– потому что толпа из 400 человек пошла утром сдавать кровь;

– потому что все мои лощеные знакомые на феррари сейчас небритые в крови и грязи потные и им насрать на все кроме свободы;

– потому что волонтеры уже месяц без выходных дежурят по 12 часов в больницах и кормят перетертыми супами побитых без зубов;

– потому что массово собираются деньги в фонд «постраждалих» активистов даже от малоимущих сел;

– потому что несут одежду и еду на Майдан как муравьи, кто пирожок, кто колбасу, кто кефир, со всех районов, со всех областей;

– потому что каждая семья делает, что может: папа бросает коктейли, мама режет бутерброды, сестра возит лекарства, брат строит баррикады;

– потому что я ГОРЖУСЬ своим народом, первый раз в жизни. И дай Бог каждому человеку на этой планете испытать такое ОГРОМНОЕ чувство гордости за свою нацию и страну. Этого – не отнять. Героям слава!

Права Україна//Євромайдан

Найстрашніше, що я бачила за останні дні – не тітушки з пістолетами, не візочки зі зброєю у тилу силовиків на Інституській, не кров, не вогонь, не сльози, не трупи.

Це десять хлопців, що о четвертій ранку стоять на блок- пості біля села Зазим’я та чекають на шість автобусів з силовиками – щоб зупинити їх, не пустити на Київ. Палають шини. Сільська дорога, туман. Жодних камер. Жодних депутатів. Жодних свідків. Уздовж доріг нічні ліси. Хлопці жартують та співають.

67 трупов по данным КМДА (властей), около 100 – по данным медслужбы Майдана. Минимум 25 убитых два дня назад, неизвестно сколько погибших уже после доставки в больницы. Минимум шестеро отдали жизнь в январе. Пропавшие без вести 30 ноября.

Циничная математика, но с ноября «наш» Упырь догнал Путина, потом обогнал Лукашенко, в январе вышел на результативность Алиева и Саргсяна, сегодня превзошел Жанаозень Назарбаева и 80 жертв в 2010-м Бакиева. В принципе, сегодня был Андижан Каримова. Кровожаднее только арабские диктаторы, в СНГ ему равных уже нет.

Osman Pashayev

У меня было в жизни два ярких ощущения гнусности. Их было, разумется, больше. Но это то, что ближайшее время может коснуться нас всех. Хочу поделиться, буду коротко, так как есть что делать. Думаю, что это важно. И в Киеве, и везде. Может даже везде − важнее.

Первый раз было, когда мы привезли в Киев тело Василя Стуса. (Стасик Чернилевский, у которого сейчас два пулевых, тяжело ранен, вел себя тогда, к слову сказать, геройски, в поселке Чусовом Пермской области на лагерном кладбище). Вышли из аэропорта Борисполь полуживые. А, как сейчас помню, слева от входа стояла уже трибунка, прожекторчики, пресса, и пиарились там совсем другие люди. Потому что пока нас обещали там закопать живьем, тут уже Кравчук политику поменял, и тараканы начали быстро выползать из щелей, и национальную символику на себя, и на трибуночку.

Потом я помню, как стоял в составе штурмовой группы на парапете Кабмина в 2005-м, и друг как-то неувереннно сказал: а о наших детях они позаботятся, если что? и штурм отменили, потому что решение Конституционного суда изменило ситуацию. И мы еще до Майдана не дошли, как на трибуну пачками полезло всякое дерьмо, клянясь в верности Вите и Юле.

Тысячи людей, сотни тысяч были и есть настоящими героями. Это вы все, мои друзья. Мне до слез обидно, что

лично не смог никого защитить от смерти, простите меня, погибшие, что не был рядом.

Но у нас, живых, завтра или послезавтра, будет очень сложный день. Все те же тараканы побегут на ваш свет, на свет победы, из щелей. Они будут пиариться на памяти мертвых и на отходчивости живых.

Они будут обнимать вас так жарко и искренне, и говорить такие высокие слова, что сами при этом испытают оргазм. И нас будут на это укатывать.

А давайте мы ничего им не забудем.

Пожалуйста.

Oleh Pokalchuk

Я теперь понимаю, что такое день траура. Это когда ты сидишь и рыдаешь весь день из-за смерти незнакомых людей.

Янукович, сука, сгори не в аду. Сгори сейчас.

Kateryna Kateryna

Закінчилася ця найбільш трагічна доба в новітній історії України. Я не хочу вже більше говорити ні про політику, ні про геополітику. Я просто хочу вибачитись перед тими ГЕРОЯМИ УКРАЇНИ, їх рідними і близькими, друзями і побратимами, що в мене не вистачило мужності вийти на першу лінію вогню. Я роблю те, що вмію професійно. Заспокоюю себе тим, що це також важливо для зупинення подальшого терору і нових жертв. Ці молоді хлопці загинули і за моїх дітей. Я це ніколи не забуду. Саме вони дали шанс. Саме вони, не усвідомлюючи цього, врятували Україну від розколу, а Європу від непередбачуваного сценарію дестабілізації. Я впевнений – далі ми не дамо жодного шансу цим нелюдям зруйнувати наші надії. Багато що переосмислено. Країна має очиститись від брехні, цинізму, хибних орієнтирів. Якщо ми не зможемо зробити те, заради чого вони віддали найдорожче – життя, тоді всі наступні роки для кожного з нас будуть втраченими. Ми маємо скористатись цим шансом. Іншого в нас вже не буде.

Валерій Чалий

Дзвонить польський номер, дуже намагається російською говорити. Кажу – розумію по-польськи. А він каже – дзвоню від імені своїх друзів, сусідів і всіх поляків. Дзвоню сказати, що ми плачемо разом з Вами.

Тут я починаю ревіти... і чую і він плаче... голос тремтить... Каже я не знав ніякого номера, а друзі казали – що зараз навіть якщо в магазин подзвониш, потрапиш правильно... І до вас додзвонився. Хотів сказати, що о 20.00 у кожному вікні палає свічка, цілий день увімкнена трансляція з майдану, повсюди жовто-блакитні стрічки. Ми із заходу Польщі, не маємо змоги приїхати, але ми разом з вами, боремося разом з вами і плачемо разом з вами. Ми за вільну Україну, в Європі чи без Європи. Ми у вас віримо, в незалежну ні від кого Україну.

Десять разів вибачився, що потурбував і просив усім передати, що прості поляки за простих українців і за наше велике майбутнє...

Мар’яна Шевчук

Значить так. Ми подумали. І вирішили:

1. Межигір’я – або лікарня майбутнього, або Охматдит, або дитячий табір.

2. Донести ЮЛІ голосно і хором ПОГОВОРИЛА І ФАТИТЬ. На лікування. Будь ласка. ПОЧИНАЄМО ІНФОРМАЦІЙНУ ХВИЛЮ! І якщо вона не знає, то хай передасть їй Яценюк – куля в лоб з нами не проходить. Як прийшли, так і пішли.

3. Порошенко – прем’єр. Я була у відрядженні в Донецьку і Одесі, ми говорили з нормальними людьми. Порошенка там готові прийняти. А нам треба навчитися слухати цих людей.

4. Парубій – генпрокурор. Він безстрашний. Я так хочу.

5. Оробець – міністр соціальної політики. Вона знає, що таке люди. Як ніхто інший.

6. Кубів – мер Києва.

7. Іван Вакарчук – міністр освіти.

8. Демальянс, Самооборона, Правий сектор, Автомайдан – нові партії у новій ВР.

9. Богомолець – міністр охорони здоров’я. Доктор Комаровський – її заступник.

10. Куля в лоб – спікер. Турчинову спасіба. Додому. Це були його найкращі часи. Все нове – гарно забуте старе.

11. На вибори ідуть всі. Голосувати. Хто не йде, того тягнемо за коси. Ніякого «проти всіх».

12. Кличко – на ринг.

13. Тягнибок. Просто маладєц. Спасіба. Фатить.

14. Економіка і фінанси – не спеціаліст. Чекаю пропозицій.

15. Азаров, Захарченко і вся свита разом з сепаратистами, в тюрму. Трибунал, кому треба.

16. Янукович – довічно з телевізором, на якому не перестаючи крутити вчорашнє прощання з НЕБЕСНОЮ СОТНЕЮ. Щодня, щохвилини, до кінця його паскудного життя.

17. Президент... Чесні вибори і особиста відповідальність кожного з нас перед тим, як туди піти.

ХТО ЗГОДЕН – РЕПОСТ! Якщо є пропозиції – дописуйте. НІХТО КРІМ НАС!

Olena Danko

Порой даже странно сколько мыслей может пронестись, пока мимо в вечность несут героя. Жуешь валидол, глотаешь слезы, сжимаешь кулаки и ощущаешь вокруг себя монолит ненависти. Холодный и нерушимый к врагу. Чуткий и теплый – к другу. По первому крику «медики» мгновенный коридор и десятки огней в небо. Стоит споткнуться, как несколько рук поддержат.

Потерявшие страх. Не имеющие иллюзий. Готовые смотреть в лицо не отводя глаз. В один момент со всех свалилась пелена, словно были слепые и прозрели – увидели, какие они на самом деле. Угрюмое молчание, совместная молитва, скупое мужское «прощавай, брате» проводя рукой по крышке гроба...

Догадываются ли политики, насколько люди под сценой ушли вперед? Не все. Да-да, теперь молодой сотник самообороны, говорящий прямо и по сути, заставляет Кличка выйти и извиниться. Да-да, теперь обычный самооборонец остановит лимузин и в лицо напомнит Яценюку – секретаря приструни, деятель... и ездить будете, господин депутат, как все, а не как хочется. Да-да, теперь люди могут в лицо сказать: «не забывайте, Юлия Владимировна, за что стояли люди...». Страх потеряли – достоинство обрели. Мне показалось Вона этого не ощутила. Её садили в одной стране, а выпустили в другой. В пламенные речи веры нет. Вера в плечо, подставленное вовремя.

И ведь этот монолит обухом не перешибешь. Эти люди теперь могут все сами. Они потренировались уборкой снега год назад, а потом убрали Януковича. Да-да, господа политики, и вас уберут, если потребуется. Так что потише на виражах.

Виталий Гайдукевич

Те, кто в унисон молятся провожая братьев в рай, пережили слишком долгую зиму и наконец-то завоевали право на весну. Весну своей нации.

Новых жертв, надеюсь, больше не будет. И слава Богу! Сейчас начнут наказывать невиновных и награждать непричастных. Люди, будьте бдительны!!! Наш долг – каждый день, всегда помнить о погибших ГЕРОЯХ и никому не позволить думать о должностях больше, чем об Украине и о тех, кто отдал жизнь за наше будущее. Мы уже были свидетелями упущенных возможностей в 2004–2005 гг., за которыми последовало разочарование. Не будем наступать на грабли дважды! Мы не имеем морального права упустить этот шанс. Как тогда мы все будем смотреть в глаза родным и близким погибших?!

Валерий Чалый

15 божевільних, які о третій ночі 19 лютого витримали атаку беркуту під Києм, зробили історію 45 мільйонів так само, як два десятка інших божевільних, які о 8-00 20 лютого пішли в самогубчу атаку під консерваторією.

Serge Danylov

Сьогоднішній майдан просто зруйнував психологічно. Радіє перемозі лише молодь до двадцяти. Але у них такий вік – радіти.

Ще за барикадами обстановка більш-менш, а всередині перемитру – це суцільне кладовище. Нічого крім сліз. Усе

інше, крім молитв за упокій зі сцени, приглушене. Гостре лише почуття ненависті і незакінченості.

Bohdan Yaremenko

А я бы навсегда сделал Майдан, Институтскую и Крещатик до Грушевского пешеходной зоной. И поставил бы вместо сгоревших Профсоюзов мемориал погибшим. Не хочется каменных истуканов. Разбил бы там сад с рощей молодых деревьев. По дереву каждому. Они умерли за жизнь, пускай жизнь их и воспевает.

Sergey Vysotsky

Був у мене в ефірі той самий сотник. Світлий. Простий. З дуже ясною головою. Розсміявся, коли зацитувала йому блог Сергія Лещенка зі словами «пусть президентом будет Парубий, Ярош, пусть будет тот пацан, который выскочил на сцену и объявил ультиматум Зэку». Каже, правильно говорить цей журналіст, але і весь Майдан це розуміє. Хай ділять портфелі політики, вони хочуть ту саму політичну систему, але зі своїми обличчями в ній, – пояснює. «Але вони не розуміють, що ми не за посадами, ми за демонтаж політичної системи, і будемо відкривати з ноги їхні двері, якщо вони будуть і далі знущатися з людей, брати хабарі чи проводити брудні оборудки». Одним словом, на фоні людини з Майдану, навіть найрозумніший політик виглядає дуже лінійною і простою істотою.

Тетяна Даниленко

Хочу рассказать о ночи 19 февраля, когда происходила зачистка Майдана.

Тогда была самая напряженная ночь. Сотен самообороны не было, свободовской гвардии не было, люди которые держали оборону, были плохо организованы и истощены, щиты держали до изнеможения, подпирая головой. Радовала сцена, наверное потому, что пафосных депутатов с их дешевыми манипулятивными лозунгами не было. Никого. Парубий заявил, что у него инсульт и довольный свалил домой. Турчинов потребовал носилки и заявил, что его убил снайпер. «Беркут» постоянно атаковал. Периметр держало человек 300–400, остальные – сочувствующие. Людей под утро становилось все меньше и меньше, Крещатик опустел, и те, кто остались либо бегали, либо еле передвигались перетаскивая к передовой все, что горит. Около пяти часов положение стало отчаянным, передовую потеснили опять. Баррикады на Прорезной и в Пассаже осталась совсем без охраны, несколько раз прибегали ребята с предупреждением о движущемся беркуте и «титушках» со стороны Бессарабки. Было тревожно. Было страшно. Все понимали, что удержать Крещатик шанса нет никакого. После восьми люди стали расходиться активнее, прибывающих почти не было. По Крешатику со стороны Бессарабки бежала большая группа вооруженных щитами и битами людей до ста человек. Это был конец. Ребята взялись за камни и кинулись поджигать коктели. Группа быстро приближалась, когда стали видны их лица, закрались сомнения сменившиеся пониманием – Наши. Такие лица могут быть только у Наших.

Мужики сорока-пятидесяти лет подбежали, выстроились в колону по четверо и первый ряд, грохнув щитами, упал на колени. То, что мы услышали вырвало сознание. – «Брати! пробачте що так довго їхали». Плакали все. Все. Это была Львовская сотня.

Они убежали на передовую, пару человек осталась, и рассказала длинную историю о том, как они добирались. Я не буду писать об этом, это длинная повесть о мужестве и непреклонной воле. Слава «Львовской Сотне». Через час был Тернополь», – написал он.

Так. Настав час сказати серйозно.

На Майдані не було «ні елліна, ні іудея». Іншими словами – боролися там усі. І гинули за Україну теж усі – вірмени, білоруси, русскіє, євреї і українці.

Небесна Сотня – багатонаціональна.

Отож, хто буде продовжувати щось верещати про «проклятих жидів» чи щось подібне – той ворог, гандон і провокатор. Ну і ідіот недоумкуватий, само собою.

Запам’ятайте це.

Розумію історичну назву «жид». Якщо це не ображає співбесідника.

Але займатися розпалюванням міжнаціональної ворожнечі – це бути ворогом України.

Подібні придурки будуть безжально видалятися з друзів. Тут і в житті.

Сашко Лірник

Кирилл ДАНИЛЬЧЕНКО
Мирослав МАРИНОВИЧ
Лиля БУДЖУРОВА
Виталий ПОРТНИКОВ
Вадим ФЕЛЬДМАН
Петро МАРУСЕНКО
Антон САВІДІ
Олена ДОНЕЦЬ