Єдність у розмаїтті

ТАБОР УХОДИТ В НЕБО ВМЕСТЕ С ДЫМОМ

Вячеслав ЛИХАЧЕВ

Табор приехал в Киев пару лет назад. Точнее не помнили и сами ромы, покинувшие Закарпатье в поисках возможности прокормиться. Работы под Берегово, откуда уехал табор, для них не было, а в столичном мегаполисе вполне можно было найти хоть какие-то источники легального заработка, не требующего документов.

Их было около 60, в основном – многодетные семьи. У кого-то из взрослых были какие-то документы, у кого-то не было. У детей никаких свидетельств о рождении, разумеется, не было. Младшие родились уже здесь, в Киеве.

Ромы обосновались на окраине жилого массива Березняки, неподалеку от живописного озера Тельбин. За гаражами и железнодорожными путями обустроили себе жилища. Домики из деревянных каркасов, обтянутые обрывками пленки и клеенки и утепленные старыми коврами, одеялами и разнообразным тряпьем, выстроились небольшой улочкой между речкой и железнодорожной насыпью, защищавшей их хибары от ветра.

За речкой начинался громадный пустырь, заваленный промышленным и строительным мусором, тянущийся до другого жилого массива. Свалка, столь вольготно раскинувшаяся посреди нашей европейской столицы, и кормила табор – цыгане жили в первую очередь сдачей металлолома. В удачный день семья могла сдать металла на 50 гривен, хотя обычно получалось меньше. Правда, вечером приходили милиционеры и собирали с гостей столицы неформальную дань, гривен по 20 с хибары.

«С детьми на спине тяжело издалека тащить лом», – жаловались женщины из табора. Два месяца табор копил денег на тачку, но после приобретения этого важного для промысла ромов транспортного средства дела пошли в гору. Кроме того, ромы просили милостыню возле православной церкви, сверкающей новенькими куполами на берегу озера.

Про жалобы на табор со стороны местных жителей я не слышал. В криминальных и полукриминальных промыслах, в обывательском городском фольклоре обычно приписываемых цыганам, березняковские ромы замечены не были. Как житель района утверждаю это вполне уверенно – карманными кражами в транспорте они не промышляли, мошенническими «гаданиями» не занимались. Их кормила свалка и многочисленные пункты по приему вторсырья, а канализационные люки по району на металлолом сдали местные алкоголики задолго до приезда табора. Зимой в трущобном поселке ромов под железнодорожной насыпью даже был генератор – подарок охранника из близлежащих гаражей. Кто-то еще из местных жителей подарил ромам вполне исправный велосипед, в таборе горела лампочка «для детей» и жила собака.

В общем, ромы по-своему были вполне интегрированы в общество, выполняли свою функцию в экосистеме мегаполиса и никому не мешали. Пока наш славный гостеприимный город не начал активно готовиться к приему чемпионата по футболу.

Первый раз ромов выселяли в апреле. Милиционеры подогнали автобус, загрузили всех обитателей импровизированного городка и вывезли в сторону Борисполя. «За сто километров от Киева», как сказала мне одна ромская женщина из табора. На самом деле, конечно, скорее за 15 километров, но дела это не меняет. Ромов выкинули из автобуса посреди поля. Было еще холодно, взять ничего не дали, даже из одежды. Вернувшись, ромы обнаружили лагерь разоренным. Хибарки милиционеры частично сожгли, забрали генератор, тачку и велосипед. Табор отстроился, слегка переместив хижины.

Потом к ромам приходили «депутаты», как их назвали в таборе, приехали «на крутой машине». Наверное, это был скорее кто-то из городских властей, или даже из районных – они говорили ромам, что это «их» район, и советовали убираться, «а то будет в десять раз хуже».

В таборе усилия по выселению однозначно связывали с чемпионатом. По железнодорожной линии, под насыпью которой столь удачно расположился табор, ездят теперь новенькие скоростные поезда, которые будут возить болельщиков в города, где будут проходить матчи. Широкомасштабным государственным проектом «Потемкинская деревня ЕВРО-2012», столь напоминающим своим стилем советскую Олимпиаду 1980 года, не было предусмотрено, чтобы гости чемпионата из окон вагонов любовались цыганскими хибарами. Чиновники рассудили, что лучше пусть уж пассажиры железной дороги любуются очищенной от ромского присутствия городской свалкой.

31 мая к табору подошли человек 10–15 лиц спортивной национальности. Хотя они были в штатском, ромы узнали в лицо нескольких милиционеров. Визитеры стали выгонять всех из хижин и стрелять из пистолетов. Стреляли боевыми патронами – двумя выстрелами убили собаку, шесть раз стреляли в воздух, создавали панику. «Было очень страшно», – с неподдельным ужасом в голосе рассказывали мне об этом через день после нападения последние остававшиеся обитательницы табора. А жители импровизированного лагеря мужского пола недоброжелательно молчали, изредка бросая короткие фразы на своем языке, похоже, опасаясь общаться с чужаком.

Характерно, что сами ромы в целом склонны относиться к действиям милиции с пониманием – они недоумевают только, почему нападавшие действовали так жестоко, и зачем нужно было стрелять. «Ну, можно понять, сейчас же чемпионат этот будет…», добавляли в таборе с какой-то потрясающей до глубины души покорностью в голосе.

Налет был стремительным, из хижин не давали забрать ничего, сразу поджигали. Судя по обгоревшим стволам деревьев, пламя стояло высокое. У кого из ромов и были документы – все сгорело.

Символично, что в тот же день Президент Украины Виктор Янукович, реагируя на разгоревшийся с легкой руки Би-би-си медийный скандал, уверял журналистов, что «во время Евро-2012 в Украине не будет проявлений расизма и ксенофобии». Наверное, он имел в виду, что этнические чистки планируют завершить до начала чемпионата.

1 июня в оставшийся под открытым небом табор приходил участковый и какой-то милицейский «генерал», как его охарактеризовали ромы. «Документов он нам, конечно, не показывал, кто мы такие, цыгане, чтобы нам показывать документы? Но генерал, наверное, очень важный». «Генерал» дал подписать ромам бумагу о том, что они обязуются уехать. При этом обитателей табора запугивали, обещали натравить скинхедов, которые «всех поубивают просто». Хотя одна подписавшая бумагу женщина, с которой мне удалось поговорить, уверяла, что читать умеет, она не смогла сказать, не было ли в бумаге отказа от претензий к действиям милиции. Но и здесь ромы не преминули отметить: «Мы нашего участкового знаем, он хороший человек; это у них приказ просто был наверное».

В тот же день большинство ромов уехали. 2 июня я застал там только две семьи. И пепелище.

«Мы готовимся к Евро».

Від редакції. 24 квітня Конґрес національних громад України звернувся до Генпрокурора України В. Пшонки із вимогою порушити кримінальну справу за фактом порушення Конституції та розпалювання міжнаціональної ворожнечі. виконавчим комітетом Новопетрівської сільської ради. І хоч відтоді минув місяць – відповіді ми поки не отримали. Генпрокуратура має сьогодні проблеми важливіші для держави, ніж права людини, а для органів внутрішніх справ подібна практика є звично-пересічною у будь-якому реґіоні України. Київська міліція обіцяє розпочати розслідування в разі, якщо роми звернуться до неї із відповідною заявою(!). Мовчить і пані омбуцман, яка, до речі, обіцяла боротися за права кожної «маленької людини». Микола Васильович вам в руки, пані омбуцман! Як не дивно, але 11 млн. громадян країни не належать до «маленьких людей» і мають особливі права згідно з Конституцією, міжнародним і вітчизняним правом, проте в новій структурі офісу Уповноваженого з прав людини відсутній підрозділ, що займатиметься правами національних меншин, та й сама пані Лутківська вже встигла заявити, що не бачить особливих прав цієї категорії громадян країни.

Отже. Спробуйте відчути себе ромом. У нашій державі. Не звірійте у спровокованому повсякденні, навіть якщо хтось каналізує такі настрої в напрями, що не ведуть до справжніх винуватців. Наші звернення і заяви не стануть ефективними допоки не зрозуміємо, що ми суспільство громадян, і починати мусимо з себе. З власної відповідальності за те, що коїться в цій країні.

Мирослав МАРИНОВИЧ
Иосиф ЗИСЕЛЬС
Вячеслав ЛИХАЧЕВ
Олег РОСТОВЦЕВ
Віталій НАХМАНОВИЧ
Микола КНЯЖИЦЬКИЙ
Володимир КУЛИК
Виталий ПОРТНИКОВ
Олег РОСТОВЦЕВ